Серый дождь – скуки вождь. Подожди.
Настроение мое не зависит от погоды
Незачем грустить когда идут дожди.
Грущу когда невзгоды
Смеюсь когда мне хорошо
А что там неба воды
Мне все равно.

****

Зимою должен быть мороз и снег
ступать ногой в сугроб хрустящий
А нынче, в декабре по лужам бег
Наш климат стал совсем пропащим
ношу с собою варежки, оделся в пуховик
зимы охота настоящей
не покидать снежки, не сделать снеговик
глаза закрыв увижу вдруг сугроб на миг

Устало тело, но нет сна
Сознание - бешеная обезьяна.
пусть жизнь напрасна
я видеть не хочу её изьяна
станет скучна

точна и предсказуема
все точки над " i "
скучно неописуемо

жгете мосты тем кто не потрафарету
боитесь сбиться с пути вытоптанного
великих консерваторов всюду портреты
кто променял Жизнь на диету

держаться заданной линнии поведения
единство непохожих
у разных людей одни и те же суждения
стремления тоже одни у них

безликая масса все же имеет лицо
что солнце во время затмения
бесцветный лик ваш, радужный же "подлецов"
ведь жизнь не счастье, а преодоление?

Он всегда приходил не вовремя, он всегда всем был не впопад. Он урод, некрасив, неумен и бездарен был, но он жил. Почему он боролся так долго? Почему не закончил жизнь сам? Для чего он страдал? Для чего он терпел? Не дано нам узнать, может быть погадать лишь мы сможем немножко.. он питался помоями, что в канаве гниют день деньской у столовой . Там, внутренний двор был, повар, частенько, бывало там спал в гамаке., а герой наш в том доме на чердаке жил. Сызмальства он очутившись на крыше вмиг полюбил её будто бы вдруг заменила малютке крыша -плюшевых мишек. Так вот, как-то раз, резью в желудке гонимый урод, вмиг проскользнув у ворот где сторож живет, где груша к которой приделан кока гамак, где канава помои и дверь в... Вопсчем канава в тот день без помоев была так как повар намедни напился вина и блювал утром днем ближе к вечеру даже. Ужас!!! Кто же сготовит в тарелки поклажу ценную нашим желудкам?! Переполох!!! Все помощники повара дрались пол дня за господство на камбузе. Каждый решительно веря в себя лишь бараноподобность свою архи сказать так хотел утвердить.
Солнце к закату клонилось, злые клиенты несчастной столовой роились у жалобной книги гневно браня матерь матери бабушки повара спящего.
Шум и визгливые крики никчемных помощников повара чуть отвлекали уродца от голода что растворяя желудочным соком печенку несчастного действовал скверно здоровью быть может удар роковой нанося. И вот любопытством ведомый убогой тихонько ступая кривыми ногами входит на кухню. В центре пространства высится куча тел поваров преплетенных так дивно что позавидовал даже бы хитрый паук. Пали ребята за честь свою в битве друг с другом каждый почил в глотку друга вцепившись. Долго не думая быстро смекая наш герой подбежал к вратам рая. Белый квадратный холодный и полный был холодильник в той кухне огромный. Вжизни не видя подобных чудес влез в него с радостью глупый балбес. Долго ли коротко ль он наслаждался но от еды вдруг живот надорвался. Не выдержал соков нектаров томатов жиров и котлет. Все. Как же плохо некому если сказать тебе нет.
Вопщем поведав историю эту просто скажу про героя и кратко: он идиот и страдал лишь за то что боялся безмерно жизни решительной битв и побед так как глупый внушил себе мысль что слаб и бездарен ну чтож поделом. Если бы верил в себя жил б иначе и умер бы по другому. Смертью свой он однако над ней посмеялся так как он жил боль смиряя смереньем вопсчем страдал, а умер счастливейшим парнем на свете к боли привыкнув доселе он смерть не заметил и умирая он плакал от счастья впервый раз в жизни вкусив оливье.

До чего же, все-таки, у меня глупые сестры! Ни забот, ни ответственности жрачка одна на уме да сплетни, даром что курицы. Другие бы за голову взялись да по сторонам смотреть начали, вдруг что упустят, вдруг не поймут чего. А эти – тьфу. Вот может разве уважающая себя дама об одной лишь еде думать? Пища она конечно штука не заменимая, шибко без нее до нее охотчивым организм делается, но, как говорится: «Не хлебом единым» - и все тут. Я вот, например, хорошо понимаю, что жизнь она на то и конечна, чтоб всякая тварь пока жива о смерти помнила. Помнила да на ус мотала. Ведь смерть это что? Смерть это конец – говаривал мне как-то папаша. Конец всему, и запахам и чувствам и желаньям, упокоение навек и баста ни тебе семян, ни тебе неба глоток, одна чернота и муки. Папаня, он конечно не дурак, но параноик изрядный, все-то ему везде муки мерещатся то чаны с кипятком, то молодцы с топорами, лечить бы его да некому.
Мне почему-то кажется , что смерть она на то и конец, что итог! На то нам о конечности нашей и известно чтоб мы к итогу готовились. Должны же мы пред творцом в венце жизни своей о смысле её отчитаться. Ведь не брюхо же набивать нам всемогущий в жизни положил. Сестры со мной, конечно, поспорят, однако ж, что с ними неразумными говорить, когда взоры их алчные лишь только по земле рыщат. Приземленные. Я вот небом сызмальства болен меня к облакам тянет. Пусть там и еды не сыскать и славы не выкричать. А, все-таки, какое же красивое оно: НЕБО!
Так вот жизнь коротка и прекрасна, да только не живота ради нам такое чудо дается. Жизнь это испытание, это возможность, это шанс. Я вот что думаю, кто свой путь уникальный откроет, ну предназначение тоесть. Тот и на страшном суде не оплошает ибо душа наша для того в плоть и заключена чтоб возможность была лишь у самых страждущих себя познать и путь узреть. А путь это тебе не это, путь это поток в котором свободный дух вне времени парит в вечности. И ни тебе мрака, ни боли, ни чана, ни парней с топорами. Все это земное, для слепых которые в пороках своих и усладах смысл драгоценный жизни не поняли, а время тик-так-тик-так
Я одинок. Я один, один на свете такой, никто меня не понимает. Они глухи… и тупы, да мегатупы родственнички.
Всегда так желаешь добра, а в ответ зло, зло и тупость, да и обиды. И чем вот я мешал, что в их мелких душах такого затронул, что от меня родная мать отреклась. И все, все кого знал. Ты, дескать, устои опчества нарушил, на святое, шельма, лапу поднял. Тоже мне святоши опчественные: Режим питания нарушать нельзя, устав – тьфу. Я вас спасти хотел нелюди, ну и растворяйтесь во мраке, пустышки. У меня ДУША есть бес-смерт-ная!!!! Меня небо ждет.
Мир оказался невероятно большим. Вот уже девять лун как я был изгнан из общины и шел. Шел туда, куда вело меня солнце. По началу казалось еще чуть-чуть мой путь окончится, и я приду туда где край земли облизывает мгла. Но мгла раз за разом развеивалась, а край земли оказывался то оврагом, то ямой силосной, а то и болотом.
И вот однажды, в очередной раз, падая с края высокого оврага, предательски подкараулившего мня в предрассветной дымке, я случайно расправил руки и…. о, чудо, могу поклясться, я парил, парил над твердью, купаясь в холодных водах утреннего бриза перемешанных с горячими живительными солнечными лучами. Пусть мой полет был не продолжителен, но истина, открывшаяся в нем, была бесценна. Никогда не получалось у меня подобного. Я конечно много пытался, прыгал с сарая и мельницы да все без толку: секунды перегрузки, синяки, оттеки и ссадины в нагрузку, а полета никакого. А тут..
Все дело в весе. Да, я им так и сказал когда вернулся: в весе все дело. Не ел же я ничего, тогда когда край земли искал, не ел, но шел, шел и шел. Дай бог, вдвое похудел за время мытарств. Но он пост-то только мне глаза и открыл. Ведь в небо путь лишь тем, кто от земной жизни отказывается, кто трудностей не боится. Кто жертвовать готов. Вот меня ветры и подхватили, как родного когда я с кручи падал, я за это телом своим заплатил. И пусть перебито крыло и пусть уж сил нет, но есть цель, которую я исполню честно. Я вас спасти пришел. На путь нужный направить вас пришел, к синеве небес подальше от тьмы.
Утром, когда все спят и лишь только отец чинно забирается на забор, расправляя перышки и прочищая горло готовясь провозгласить утро на ферме, за мной пришел тот, кого зовут бригадиром. Он медленно ступал по двору, неуклюже таща в правой руке большой черный топор, я не стал убегать - мой долг исполнен. Я посеял семя сомнений, может оно прорастет и мои братья и сестры когда-нибудь, наконец, победят порок чревоугодия и обратят свои взоры на НЕБО.

"Когда мир поднимается вниз, мы остаемся вверх головой, но когда мир переворачивается мы опускаемся вверх, а сейчас когда мир совсем спустился наверх, нам кажется что мы поднимаемся вниз вверх ногами!"
Дон Хуан Матус
Архиабсурдное выражение Дон Хуана (К.Кастанеда "Путешествие в Икстлан"),в свое время настолько меня заинтересовало, что после 1583 его прочтения я так ничего и не понял. Зато полностью прочувствовал истинный драматизм известного афоризма "Я знаю, что я ничего не знаю!" и был по этому поводу ввергнут в легкую депрессию. Мысли о том что человечество, тоесть люди, тоесть вы и, я по большому счету ничего не знаем о том: кто мы, зачем мы, что нас окружает,вообще окружает ли нас что-либо и являемся ли мы и окружающие нас предметы такими какими мы привыкли себя и их видеть???!!! Представляете какая подстава: живешь, живешь значит спокойно, все вроде у тебя хорошо семья там дети, мировозрение устоявшееся, знаешь что такое социальные лифты, ответственность,сознательность, добродетель в общем чувствуешь себя полноценным представителем лучшей стороны человечества, а на самом блин деле ты всего лишь кактус растущий под палящим фиолетовым солнцем которому снится что он человек!!!!!!! Вот такая щекотливая ситуация получается! Самое интересное это то, что никто из людей к сожалению не сможет доказать обратного! Мы действительно ничего не знаем! Катастрофа! А с другой стороны так ведь это же прекрасно!!!! Кактусом так кактусом! Главное то что перед нами, оказывается, раскинулся дикий и удивительный мир "вещей в себе" о котором мы абсолютно ничего не знаем и это дает нам право каждую минуту в жизни чувствовать себя Колумбом (потерявшим правда память и не помнящим ничего включая то кто он!)смотрящим в даль с борта корабля и видящим постепенно открывающуюся перед ним новую землю!

Паранойа...

Ну что? Как там самочувствие в порядке? Все системы работают нормально, запланированный неприятными прогнозами выход в открытый космос похоже не состоится! Или все таки размноженные в воспаленном мозгу программы угнетения личности путем сакрального и уже самого по себе депрессивного да к тому же панического страха перед еще даже не только не начавшейся, но и необоснованной депрессией, парадокс, яркий пример потери адекватного восприятия состояния своего организма в следствии спонтанных приступов брутального самопрограммирования и самовнушения как правило заведомо негативных, а, что самое главное заведомо необоснованных и абсурдных выводов. Объект своих страхов, не просто испытывает депрессию в момент психофизического расстройства вызванного внешними раздражителями приносившими ему еще не в таком далеком прошлом минуты счастья, спокойствия и оптимизма, которыми он, всегда веселый тогда, спешил поделиться с теми кто с презрительной усмешкой смотрит сейчас на то как человек, в свое время, даже не искавший места под солнцем лишь только потому что он был уверен что найдет своё солнце, беспомощно, как до смерти напуганный, первой апрельской грозой, ребенок не понимая голосов зовущих его родителей, разбрасывая кристаллики слез на вымотаную долгой зимой черно-серую от грязи с еще оставшимися кое-где останками прошлогоднего зеленого изобилия, высохшими, подгнившими клочками желтой травы с трепетом ожидающими первую в этом году весеннюю бурю, бежит ни чего не видя и не разбирая дороги туда в глубь, в глубь, зарыться спрятаться и лежать в слезах и истерике усугубляя свое положение все больше и больше намокая от наконец хлынувшего на заждавшаюся природу, пахнущего железом и малость холодного но… но дождя!!!
Фантазия и воображение по сути такие безобидные могут принести человеку массу проблем. Стоит только дать почувствовать им что время от времени ты можешь идти у них на поводу, как они закружат тебя в карусели своих диких сценариев которые как это не ужасно придумал ты, но игра уже началась ты слишком горд чтоб признать что идешь на поводу у собственных страхов, в которые веришь, боишься их и новым страхом порождаешь новые кошмары.